Выставка «Засушенному — верить» о необязательных движениях, на которые нам бывают нужны дополнительные силы. Она взгляд в трудное прошлое, но не для обид и обвинений, а для понимания нас сегодняшних.
Внимательного всматривания в себя и малозаметные следы в памяти, документах, в лесу, нашем поведении и словах.
Сухие растения на листах гербария помогают почувствовать истории трудного прошлого и хрупкость жизни и памяти.
Зачем об этом рассказывать и вспоминать? Мы, на ощупь и не зная дороги, уходим от привычек, слов, отношения к себе и другим, которые остались в нас от недавнего времени.
Мы пробуем вспоминать и беречь людей. Вспоминать и учиться видеть сложность человека. Прощать и помнить, что агрессия в каждом из нас может вспыхнуть от страха. Что согласиться с жестокостью и несправедливостью несложно, если перестать считать кого-то человеком.
На выставке есть слова людей, переживших несправедливое время тотального насилия. И истории людей, продолжавших собирать то, что мы сегодня чувствуем и считаем наследием.
Соловецкий лагерь особого назначения был не только на островах. Он расползался на материк сетью лесных командировок. Особенно многочисленны были лагерные работы по заготовке леса в 1929–30 годах.
На месте одной из командировок возле разрушенных бараков были найдены травы, которые проросли за несколько тысяч километров от родных мест. Они были собраны ботаником Владимиром Веховым в 1960-х, сейчас это место рядом с Беломорской биологической станцией Московского университета.
Если мы будем щедрой рукой сыпать семена луговых трав в лесу, они не прорастут. И прорасти они могли в уникальной ситуации, когда пришли люди и вырубили лес, в этом раскрытом солнцу месте с обнаженной почвой.
Сейчас на этом месте вырос новый лес, и луговых трав больше нет, как и людей, оставшихся лежать в лесу без могил и имен. Но есть листы гербария, они документ, подтверждающий, что подневольные переселенцы — люди и травы — были. Собирая вместе архивные документы и результаты естественно-научных исследований, мы можем уверенно сказать, что истлевающие в лесу бараки построены заключенными. Владимир Вехов был из тех людей, которые умеют читать лес как текст и узнавать растения в лицо.
Прошедший Вторую мировую войну лейтенантом сразу после окончания университета, на экскурсиях он рассказывал о растениях и всегда быстро и твердо упоминал о лагерных бараках. В его мире существовали люди, которые принесли на себе семена далеких трав. И память о них.
Мы делали выставку так, чтобы получилась возможность унести истории в памяти с помощью ощущений.
И, оказавшись в лесу, другими глазами смотреть на пни, комаров, возраст деревьев, траву под ногами.
Есть такая фраза об ушедшем и забытом — «было и прошло, быльём поросло», но мы уже знаем, что среди нас есть люди, которые могут среди выросшей травы разглядеть свидетелей событий, что гербарный лист может уточнять архивные документы. Мы оставляем сухие растения в книгах и находим их, оставленные там другими людьми. И тогда они оказываются тонким способом вспоминать события и людей. Они помогают разговаривать на трудные темы и преодолеть их.
Устроена выставка так, что мы попадаем внутрь пространства, созданного театральным художником Петром Пастернаком, и можем стать участниками: услышать звук спинок железных стульев, своим усилием держать включенным свет и увидеть лица людей.
Обнаружить в себе и нашей жизни следы лагерного языка и моделей поведения и захотеть перестать передавать их своим детям.